01. [видеть звезды]
      
     Небо всегда было черным, сколько она себя помнила. Всегда во тьме над городом проплывали лишь отблески его огней, блуждая среди низких мертвых облаков светлыми призрачными тенями, иногда мелькали огни шедшего на посадку самолета, едва различимые за бьющим в небо пламенем городской ночи, которая никогда не сменялась днем. Где-то там, далеко, за краем света со сказочным названием Покой, небо было голубым, и днем там восходило солнце. Но огненный шар, почти стершийся в памяти, привыкшей к нескончаемой ночи, не так волновал ее, как звезды. Звезды, звезды, маленькие мерцающие точки, яркие гвозди-подвесы древнего неба и глаза забытых богов, светила в миллионолетней пустоте, далекие и милые. Они снились ей.
     Сегодня она увидела звезды.
     Темнота переулка осталась позади. Пластиковая корзинка с мокрыми цветами билась в бок, каблучки стучали по бетону. Она вступила на шумную улицу, где над головой призывно горел неон, и рассекали душный белый свет от фонаря к фонарю ревущие автомобили. Сколько хватало глаз, текла безликая толпа, а над головой, над яркими прямоугольниками витрин и бьющегося в трубках неона, над радостными вестями и лозунгами неумолчных уличных радиовещателей, над вершинами бетонных громад со смутно белеющими коробками работающих из последних сил кондиционеров навалилась усталая тьма, которую не могли отогнать городские огни.
     Она остановилась перед краем проезжей части, готовясь сойти с раскрошившегося тротуара, по которому жаркий ветер гнал и бросал под ноги прохожим рваные листы, словно заигрывая с безразличными людьми, отгороженными от мира надежнее, чем любой - самой высокой - стеной. Она чувствовала, что в глазах у каждого - словно заслонки, и, неважно, какая душа, какая жизнь живет и отражается изнутри в зрачках под этими заслонками, какие деревья растут внутри и какие птицы поют там, сейчас заслонки опущены и заперты надежно. Она стояла посреди потока людей, на краю тротуара, ее обходили, не видя.
     Она шагнула на проезжую часть, и, когда каблучок звякнул о сталь сточной решетки...
     Мир вздрогнул.
     Сначала было именно это; словно какой-то гигант подхватил землю, круглую, плоскую землю за край и ощутимо встряхнул. В толпе многие едва удержались на ногах, но никто не упал; но это заставило людской поток остановиться. Потом пришел ветер; жаркая волна его, упорная и быстрая, прорвалась через кварталы откуда-то с севера, обдула людей, смела бумагу и мусор с тротуаров, снесла с голов несколько шляп, и заставила всех, сколько ни было на улице, обернуться вдоль улицы на север, где заполночь горела нежданная заря. А за ветром со стороны просветлевшего в конце города неба явился грохот. У нее он в памяти вызвал полузабытые раскаты грома, которых она никогда не слышала в городе; но этот был сильнее, невероятно сильнее, так, что заболели уши. Люди вокруг присели, прижав к ушам руки, или просто остались стоять, устремив взгляды вдоль улицы, на север. Часть машин остановилась, и их водители выглянули наружу; за ними послышались протестующие гудки следующих. Наверху вылетело несколько окон, и стеклянное крошево дождем падало на улицу и билось в стекла припаркованных на обочине машин, подпрыгивая; а те бились в истерике сработавшей сигнализации, мигая габаритными огнями; чуть дальше, рассыпая искры, рухнула в толпу неоновая реклама. Кто-то вскричал и затих сразу, а с севера шел новый вал звуков: грохот, звон стекол и крики, крики, крики. Где-то там запоздало взвыла отчаянно запоздалая сирена гражданской обороны, забытая с военных времен и ждавшая своего часа; а сейчас она выла и звала воинов к оружию, жен и детей их в убежища - безо всякой пользы; ибо то, чему суждено было случиться, уже случилось.
     Огни гасли. Огни гасли по городским кварталам, с севера на юг, на запад, на восток. Вдали проспект дом за домом, квартал за кварталом исчезал во тьме. Хлоп, хлоп, хлоп - и гасли тепло светящиеся окна жилых домов, витрины магазинов, неон, подсвеченные фасады общественных зданий были все сброшены и закрыты покровом тьмы в один момент, словно их смахивали в сторону, за черный бархат ночи. Тьма бежала по цепочке фонарей по обе стороны улицы быстрее, куда быстрее, улица еще горела огнями впереди, а уже словно что-то промчалось над головой и унесло с собой фонарный свет. Люди подняли за этим чем-то головы, но фонари гасли уже где-то далеко. Потом вокруг погасли дома: окна, реклама, витрины.
     И если бы один уличный свет! Над головой стихал привычный гул кондиционеров, и те машины, что еще двигались, теперь замедлялись и замирали. Гудки утихали. Легковая машина с шашечками такси, с затихающими лопастями воздухозабора на капоте по инерции проехала еще сколько-то и мягко ткнулась в бок встречной, вставшей поперек дороги, смяв ей крыло; та жалобно взвыла сигнализацией и тут же утихла, а потом в обеих машинах, как и вообще во всех на улице, выключился сам собой внутренний свет и замолкли двигатели. Вопившая сигнализация машин на парковке умолкла также; оборвало речь на полуслове радио.
     Стало тихо, очень тихо.
     Она глянула вниз, внутрь сточной решетки; там, в невероятной глубине еще горели какие-то аварийные огоньки, но и они исчезли один за другим, и наступила тьма. Какое-то время напряженные лица в толпе освещали лишь огоньки мобильных телефонов; какой-то мужчина в костюме-тройке, со свернутым плащом на локте остановился рядом с ней, над самым плечом, вцепившись побеленными пальцами в свой телефон и быстро-быстро тыкая в клавиши. В какой-то момент телефон моргнул зеленым экранчиком и умер. Улицу заволокла тьма. Все молчали, предчувствуя страшное.
     В небе над черными углами молчащих домов бесшумно проявлялись яркие точки, невиданные, незнакомые, незваные гости из Вселенной в перевернувшийся одномоментно маленький мир. Некоторые опустили взгляды, некоторые не увидели ничего. Она же единственная стояла с просветленным лицом, восторженно глядя вверх, явленным звездам навстречу.
     - Так тихо... - сказала она наконец. - Так красиво.
     - Это ЛАВИНА. - произнес сосед уверенно, насколько уверенно он мог что-либо произнести. Она опустила взгляд от звезд к людям; ближайшие, услышав слово "лавина", зашептались. - Два часа ночи… Это они... Зачем... зачем они это сделали?
     - Смотрите, - указала она соседу вверх. - Звезды. Звезды в Мидгаре. Разве не стоит иногда выключать свет, чтобы увидеть звезды?
     Глаза привыкли к темноте достаточно, чтобы увидеть, как сосед закусил губу и зажмурился, не желая слышать уже сказанных слов.
     - Какие звезды? - горько сказал он. - У меня там жена, и... и телефон не работает. Я не могу...
     - Это всего лишь машины, им нужно было остановить машины. - Она попыталась утешить соседа. - Люди не должны были пострадать. Она, наверное, жива. А... а вдруг она тоже увидела звезды?
     Сосед уронил телефон, сел на корточки и стал искать его в глухом мраке.
     - Сволочи... - громко зашептал он. - Им нужно остановить машины? Зачем? Почему надо убивать, чтобы остановить машины?
     - Чтобы стало тихо-тихо, как в древние времена, и звезды над головой. - тихо улыбаясь, ответила она.
     Сосед задохнулся в бессильной ярости, сжимая ненужный телефон в руках. Люди вокруг едва шевелились призрачными силуэтами, не зная, что сказать на услышанное.
     Но... но вдруг раздался глас, и глас произнес мерным нечеловеческим голосом:
     - ГРАЖДАНЕ МИДГАРА! СОХРАНЯЙТЕ СПОКОЙСТВИЕ! ПОВТОРЯЮ, СОХРАНЯЙТЕ СПОКОЙСТВИЕ! КОРПОРАЦИЯ "СИН-РА" ЗАВЕРЯЕТ ВАС В ПОЛНОМ КОНТРОЛЕ НАД СИТУАЦИЕЙ!
     По улице медленно и бесшумно ехал огромный черный грузовик со слабо светящимися фарами, за стеклами никого нельзя было различить. На бортах в неверном свете габаритных огней мерцали темно-красные ромбы, каждый с двумя иероглифами Син и Ра, умиротворяя своим видом встревоженные души. Фары освещали вдоль дороги успокоенные, почти радостные лица. Глас исходил откуда-то с крыши грузовика, и издали ему вторили другие, точно такие же голоса.
     - СОХРАНЯЙТЕ СПОКОЙСТВИЕ! В РЕЗУЛЬТАТЕ АВАРИИ НА ЭЛЕКТРОСТАНЦИИ СЕКТОРА СЕМЬ ПРОИЗОШЛИ ОТКЛЮЧЕНИЯ ЭЛЕКТРОЭНЕРГИИ В СЕКТОРАХ ШЕСТЬ И СЕМЬ! СОХРАНЯЙТЕ СПОКОЙСТВИЕ!
     - В ОСТАЛЬНЫХ СЕКТОРАХ ЭНЕРГОСНАБЖЕНИЕ ОСТАЕТСЯ В ПРЕДЕЛАХ НОРМЫ! В ТЕЧЕНИЕ БЛИЖАЙШЕГО ЧАСА СЕКТОРА ШЕСТЬ И СЕМЬ БУДУТ ПЕРЕВЕДЕНЫ НА АВАРИЙНЫЙ РЕЖИМ ЭНЕРГОСНАБЖЕНИЯ! КОРПОРАЦИЯ "СИН-РА" ЗАВЕРЯЕТ ВАС В ПОЛНОМ КОНТРОЛЕ НАД СИТУАЦИЕЙ!
     - ГРАЖДАНЕ МИДГАРА! ОСТАВАЙТЕСЬ НА СВОИХ МЕСТАХ! СОТОВАЯ СВЯЗЬ ДОЛЖНА БЫТЬ НАЛАЖЕНА В ТЕЧЕНИЕ БЛИЖАЙШИХ МИНУТ! РАБОТА ОБЩЕСТВЕННОГО ТРАНСПОРТА ДОЛЖНА БЫТЬ НАЛАЖЕНА В ТЕЧЕНИЕ БЛИЖАЙШИХ ЧАСОВ!
     - СОХРАНЯЙТЕ СПОКОЙСТВИЕ! ДОПОЛНИТЕЛЬНУЮ ИНФОРМАЦИЮ ВЫ ПОЛУЧИТЕ В НАИБЛИЖАЙШЕЕ ВРЕМЯ! КОРПОРАЦИЯ "СИН-РА" ЗАВЕРЯЕТ ВАС В ПОЛНОМ КОНТРОЛЕ НАД СИТУАЦИЕЙ! МЫ ЖЕЛАЕМ ВАМ ВСЕГО НАИЛУЧШЕГО!
     Грузовик замолк, и замолк вторящий ему хор. Через минуту пути в относительной тишине, наполнявшейся радостным гулом толпы, глас снова начал свою речь с самого начала. В этот момент на дороге грузовика оказалось помятое такси, ставшее поперек улицы; таксист выскочил перед грузовиком и что-то бестолково и радостно закричал ему, что именно, не было слышно за успокаивающим голосом. Грузовик не остановился и не сбавил ходу. Таксист успел отскочить с дороги, огромная машина зацепила уже покореженное первым ударом такси, перевернула и недолго тащила перед собой, прежде чем откинуть на обочину. Грузовик двигался по улице дальше, выполняя свою благородную миссию.
     Радость освещала лица вдоль улицы. Теперь люди знали: о них не забыли, их спасут. Корпорация "Син-Ра" желает им всего наилучшего. Ее лицо тоже выражало тихую радость, но свою собственную, маленькое счастье увиденных звезд, что гасли над городом.
     За домами в небо уходили столбы света. Вдоль тротуаров загорелись запрятанные между бетонных стыков лампы аварийного освещения - мир все же приходил в себя.
     Где-то далеко выли сирены - далеко, по проспектам с отброшенными на край пустого пространства ненужными автомобилями сквозь мрак неслись, сияя огнями, колонны спецмашин, пожарных, санитарных, и приземистых полицейских, и черных грузовиков, и мотоциклов с прижавшимися к рулю седоками, и каких-то еще, но всех с красными ромбами на бортах, над ними шумели вертолеты, тоже с красными ромбами, один, другой, третий, снижались и поднимались, и вся эта армия рвалась вперед, на север - сразиться с тем злом, что посмело тронуть великий город Мидгар, что посмело бросить вызов корпорации "Син-Ра", желающей людям всего наилучшего.
     Наверху вспыхнула яркая лампа аварийного освещения, залив улицу тревожным голубым светом. В толпе началось движение - кто-то пытался пройти направо, кто-то налево, у кого-то уже заработал телефон, и он нервно кричал что-то в трубку. Какие-то люди в белом уже помогали таксисту достать из разбитой машины что-то черное, неподвижное, другие люди уже разбирали упавшие остатки неоновых реклам, кого-то вытаскивали из-под завала. Радиовещатель вверху прокашлялся и завел прежнюю речь.
     Мир приходил в себя.
     Она мирно стояла и смотрела, как в небе над головой одна за другой гаснут звезды.
      

     02. [добро пожаловать]
      
     Уважаемые гости города, добро пожаловать в Мидгар. Название Мидгар означает "Срединный Мир". И это действительно целый мир. Точнее говоря, это город.
     В Мидгар трудно попасть и еще труднее выбраться. Ведь - это столица. Столица мира. Отсюда правят планетой.
     Миром правит Корпорация "Син-Ра". Корпорация правит из Мидгара.
     Города растут подобно живым существам, рождаясь и разрастаясь со временем. Некоторые теряют значимость и, истаяв, превращаются из древних столиц в нищие деревни, другие, сожженные врагом или сметенные буйной стихией, уходят в вечность величественными руиными, храня память о тысячелетнем своем начале, некоторые стоят и растут по сей день. Но все они имели начало, родились незначительными деревеньками на берегах ничтожных рек. Не Мидгар. Мидгар был выстроен как столица. Закованный в бетон и сталь под сенью темных туч город был выстроен так, чтобы не расти. Не умирать. Править вечно.
     Это - Мидгар.
     Корпорация "Син-Ра" рада приветствовать вас в Мидгаре. Если верить Корпорации, это наилучшее место в мире, рай на земле. Население Мидгара составляет семь миллионов человек. Через год их будет восемь. Это запланировала Корпорация. Менеджеры и ученые, военные и врачи, инженеры и торговцы, компьютерщики и мусорщики. Независимо от статуса все они работают на Корпорацию. Мидгарец рождается в госпитале "Син-Ра", ходит в детский сад "Син-Ра", школу "Син-Ра", университет "Син-Ра". Он подписывает с Корпорацией пожизненный контракт, работает на "Син-Ра" много лет и с отставкой получает от нее пенсию до конца жизни, чтобы после смерти быть сожженным в крематории "Син-Ра". Часть праха заберут родственники, остальное идет на удобрения. Мидгарец не хозяин себе, на его жизни до рождения поставили печать: красный ромб "Син-Ра".
     Это - Мидгар.
     Мидгар - настоящее чудо инженерной мысли. Величайшее чудо света. Такое чудо может совершить только Корпорация. Для строительства города Корпорацией были разработаны и построены градостроительные машины, сами похожие на города. Когда-то в незапамятные времена, еще, впрочем, на памяти нынешнего поколения, но, кажется, все же древние, поскольку город встал посреди пустыни давно и навсегда. Машины-градостроители, размером с гору каждый, мерцая огнями и оставляя за собой многокилометровые хвосты дыма, шли по исчерченной паутиной рельсов пустыне с восьми сторон навстречу друг другу, вокруг муравьями день и ночь копошились рабочие, сворачивая скалы, осушая реки, чтобы титаны могли пройти спокойно, не отвлекаясь от единственного своего предназначения. Они сошлись в центре, и там стал город.
     Это - Мидгар.
     Уважаемые гости города! Город находится на платформе, поднятой над поверхностью земли на пятьдесят метров. Платформа представляет собой диск радиусом три с половиной километра, разделенный на восемь секторов. Каждый из секторов представляет собой железобетонную плиту площадью в пять миллионов квадратных метров. Каждая плита весит четырнадцать с половиной миллионов тонн, закреплена в общем каркасе города и поддерживается специальными опорами. Каждая опора способна нести более ста миллионов тонн полезной нагрузки. Эта нагрузка - жилые дома, офисы, дороги, фабрики, магазины, сады и многое другое. Мидгар застроен высотными зданиями. Средняя высота зданий в городе составляет восемьдесят метров или двадцать шесть этажей. В городе около тысячи небоскребов выше ста двадцати метров. Дома громоздятся один на другой, везде сияют окна, гудят и источают капли влаги коробки кондиционеров. Каменные лабиринты прорезаны глубоко проспектами, там не смолкают рев и гудки машин, по рельсам пронизывающего город насквозь метро несутся поезда. Оглянувшись в окно темного вертолета в высоте, Верховники мира видят: город живет. Бульвары на многих ярусах заполняет пестрая толпа, граждане столицы мира торопятся по своим мелким и немного таинственным делам. Между небом и землей пылает неон, рекламные щиты освещены, на стенах зданий бродят высвеченные проекторами иероглифы и рекламные персонажи, на уличных экранах - вести со всех концов мира, новости культуры, спорт, неизбежная реклама. Что бы ни рекламировалось, от зубной пасты до автомобилей, везде есть красный ромб "Син-Ра". Все выпускает Корпорация, и о чем же еще кричать уличным щитам и неону в мире, принадлежащем "Син-Ра".
     Это - Мидгар.
     Уважаемые гости города! Самое высокое здание Мидгара - Син-Ра Билдинг. Его высота вместе с двухсотметровой телевизионной антенной составляет один километр над уровнем моря. Это самое высокое здание в мире, и отсюда правит им Корпорация. Башня вавилонская, унизанное огнями окон чудище, нависшее над городом. Чтобы увидеть сияющую вершину, похожую на исполинский рыцарский шлем или двигатель могучей машины, нужно задрать голову и смотреть вверх, где над суетой города молча зависла обитаемая громада, проникнутая тысячами окон, подсвеченная снизу мощными прожекторами. Над ней в неизмеримой высоте короной витают огни, никак, кажется, не связанные на пробившим небо иггдрасилем телевизионной антенны; это сигналы для идущих на посадку в окраинные аэропорты самолетов, что грузными тенями во вспышках габаритных огней скользят в ночи над городом. В облаках на броне Син-Ра Билдинга сияет колоссальная печать красный ромб "Син-Ра". Печать на лице мира. Отсюда правят планетой.
     Это - Мидгар.
     Уважаемые гости города! В Мидгаре нет зелени, травы, деревьев, за исключением некоторых частных садов и общественных парков на гидропонике. Зато есть пышные театры и кинотеатры, гигантские стадионы, казино, храмы всевозможных культов, их постоянно наполняет многоликая толпа. Днем и ночью город сияет огнями, охваченный всепожирающим пламенем неона. Корпорация "Син-Ра" заботится о своих подданных, но и требует от них немалого. Управление миром - тяжелая задача. День и ночь, что в Мидгаре одно и то же, ночь и день барабанят по клавишам сотни тысяч клерков, вперившись красными глазами в экраны, в казармах под городом тренируются солдаты несокрушимой армии Корпорации, в цехах собирают оружие, строят танки и самолеты, ставя на броню красный ромб: "Син-Ра".
     Это - Мидгар.
     Уважаемые гости города! Главная сила Корпорации все же не военная. Корпорация всегда была энергетической, ею и остается. "Син-Ра" продает людям комфортную жизнь: Корпорация выпускает телевизоры и автомобили, компьютеры, кондиционеры, стиральные машины, поезда, кинотеатры, электронные имплантанты, системы отопления и водоснабжения зданий... Все, без чего не проживет цивилизованный человек. И все это не работает без электроэнергии, и ее продает Корпорация.
     Только Корпорация.
     Корпорация добывает уголь и нефть, строит гидроэлектростанции и ставит ветрогенераторы в степях, на нее работает мирный атом и термояд. Но не в них сила Корпорации, ибо она цепко держит в руках ценнейший источник энергии на Земле.
     МАКО.
     Океаны таинственной энергии текут под землей, глубоко под корой планеты лежат необъятные пласты холодной плазмы: Мако. Люди ходят по земле и не знают, что там, где твердь разжижается в бурлящую магму, лежит ледяная бездна сияющей материи - Мако. Мако - энергия в чистом виде. "Син-Ра" пробила земную кору под Мидгаром и во многих других местах и многие годы добывает дар планеты из подземного мира. Восемь колоссов окружают Мидгар, вздыбясь высоко над платформой, огнедышащими драконами выбрасывая в небеса тяжелые потоки подсвеченного пара: электростанции, Реакторы Мако, в которых холодная светлая кровь планеты, прозрачное золото, Мако, превращается в электричество, свет, тепло для города городов. Реакторы дают жизнь городу. И они же проклятие его.
     Это - Мидгар.
     Добро пожаловать!
      

     03. [станция]
      
     Реактор номер один, в северной части Мидгара. 01:45. Темень, еле-еле каплет дождь. Громада реактора над головой ярко освещена, над городом электрическое зарево, а по пустой и темной конечной станции ветер носит мятые газеты, из-под перрона ползут клочья зеленого пара: вокруг склады, закрытые на ночь автоматические линии, за их черной грядой темно, безлюдно. Со стороны города блеснуло, неразборчиво буркнул компьютерный, с лязгом распахнулись изборожденные ржавыми потоками по черно-желтой раскраске ворота: на станцию прибывал порожний товарняк. Старый локомотив, натужно дыша струями пара, тянул за собой бесконечную цепь бурых коробов-вагонов с оплывшими наклейками на бортах.
     Полицейский бляха С66012 стоял у станции на посту и глядел, как под замедляющийся стук колес мимо течет поток одинаковых ржавых бортов и дверей, на крышах вагонов под сеткой слабо движутся лопасти, на токосъемниках тихо трещит и время от времени брызжет искрами. С66012 стоял на посту с полуночи, станция ему опротивела страшно, он ждал смены. Пальцы руки на ремне автомата замерзли, С66012 сбросил автомат за спину, потер руки, подышал. Летняя красная форма совершенно не грела, хоть с келавровым утепленным бронежилетом было полегче, правда, холодный ветер задувал за шею и подмышки. С66012 даже с некоторой злобой глянул влево. Слева от него была лестница, ведущая к воротам реактора, по другую сторону от лестницы маячила другая красная фигура - полицейский бляха С43788. Семьсот восемьдесят восемь стоял тупо и ровно, навытяжку, уставившись в одну точку где-то над крышами проходящего поезда, автомат на плече. С66012 помотал головой, вытянулся. Смена должна была придти с минуты на минуту.
     Мимо неслись вагоны, один за другим, один за другим... И вдруг в череде одинаковых бурых бортов вспыхнуло черное пятно, кто-то изнутри открыл дверь. С66012 насторожился, потянул ремень автомата - из вагона выпрыгнул черный человек в камуфляже, с оружием в руках - огромный старый винчестер с чем-то там еще, прикрученным под ствол. Черная маска на лице, два огонька - прибор ночного видения - вместо глаз. Черный мягко приземлился на ноги, пробежал вдоль перрона, оказался напротив С43788, тот выбросил вперед автомат - не успел. Черный ударил вперед прикладом, потом еще раз, в лицо - С43788 отшвырнуло на стену, он осел, звякнул каской о бетон. Из двери вагона выметнулась вторая тень, рыжая девушка в темных очках, в красной куртке, под мышками в чехлах два блестящих пистолета-пулемета, длинные рожки торчат вперед, яркая повязка на лбу, лицо завязано тряпкой.
     С66012 сообразил, что надо что-то делать; на груди зашипела рация, но было не до нее. Нуль двенадцать сорвал с плеча автомат, передернул затвор. Поздно: девушка прыгнула, вытянулась, ударила ногой в лицо. С66012 бросило на бетон, распластало по перрону, пораженный первым ударом, он почти не почувствал, как его ударили еще раз. С66012 ткнулся в мокрый край платформы разбитым носом, автомат остался где-то сзади. Перед глазами ползла стенка вагона с бурой лупящейся краской. Прямо у него перед глазами из почти остановившегося вагона вышел еще кто-то в высоко зашнурованных солдатских ботинках, проплыл ствол ручного пулемета. Прошел. За ним на перрон спрыгнул еще один, в гигантских берцах неопределенного размера, остановился, посмотрел сверху вниз. Нуль двенадцать скосил вверх глаза и увидел: четвертый, получается, новоприбывший - огромный, плащ обвис на крутых плечах. Чернокожий, немолодой, в щетине на пол-лица сквозит седина. В левой руке спортивная сумка, правую прячет в рукаве. Видимо, их главный.
     Главный блеснул сверху золотыми коронками:
     - Этот готов, кажется. Биггс, проверь ворота. Так, час сорок семь, где их смена? И где наш новенький?
     - Смена идет! - гаркнул издали, кажется, первый черный.
     - Готовьтесь. - скомандовал главный. Нуль двенадцать зашевелился, посмотрел на лестницу - там появились двое с автоматами и разводящий с пистолетом в руках, видно, что-то уже почувствовали.
     - Ха! - главный бросил наземь сумку, выкинул правую руку вперед. Разрезанный, похоже, заранее до локтя рукав обвис лоскутами. Руки не было. Вместо нее - никелированные стволы, какая-то коробка, внизу у локтя пистолетная рукоять, свисает патронная лента. Пулемет. Главный передернул левой рукой затвор, нажал на гашетку, и стволы бухнули огнем. Станцию заволок грохот выстрелов, стреляные гильзы посыпались главному под ноги. Лестница взорвалась пылью, вбитыми в воздух кусками плитки, трое на лестнице открыли бесполезный огонь - их под шквальным огнем отбросило назад, в поднятом облаке отбитого пулями от лестницы щебня брызнули осколки бронежилетов и кровавые капли. Трое упали, покатились по лестнице вниз, оставляя черные в темноте следы крови на ступенях
     Главный отпустил палец от гашетки, над станцией встала звенящая тишина. Девушка и третий из прибывших, затянутый в черную кожу здоровяк с ручным пулеметом бросились к телам.
     - Есть!
     - Великолепно! - бухнул главный.
     Це шестьдесят шесть нуль двенадцать понял, что это его шанс. Он изогнулся, ухватил автомат, вскочил на ноги:
     - Не так быстро! Бросай оружие! Руки за голову!
     Главный повернул голову:
     - Ба, какой живучий.
     - Руки, руки! Бросай пулемет!
     - Я не могу! - выкрикнул в ответ главный, взмахивая рукой-пулеметом.
     - БРОСЬ ОРУЖИЕ! - заорал С66012, уперев приклад в плечо.
     - Я НЕ МОГУ! - оскалился главный. - Биггс, Ведж, стреляйте в него!!
     Неизвестно, чем бы кончилось дело для нуль двенадцать, но ему повезло. Он явно родился под счастливой звездой. С крыши совсем уж остановившегося поезда слетела тень, звякнула подкованными берцами у С66012 за спиной, тот дернулся, попытался обернуться - его ударили кончиками пальцев под подбородок, под ремень шлема, и еще раз сзади. С66012 упал, ударился в бетон, разжал слабеющие пальцы на рукояти автомата.
     - Слава те Господи, ты как раз вовремя, - бросил главный, подбирая сумку.
     Клауд опустился над полицейским, пощупал пульс, перевернул тело, вынул из нагрудного кармана желтую карточку с фотографией. Автомат пинком отправил под поезд.
     - У нас осталось две минуты до хакерской атаки, - объявил главный, рыся по разбитой лестнице вверх. - Джесси, к воротам! Обезвредить камеры наружного наблюдения. Ведж, прикрой нас. Друг... как тебя... СОЛДАТ, за мной.
     Клауд закинул меч за спину и побежал за главным. Меч был очень хороший, длинный, в три ладони шириной, в клинке круглые прорези, чтобы убавить немалый вес. Другого оружия Клауд не носил.
     - Минуточку, минуточку. - пропыхтела сзади девушка, сбрасывая с лица повязку и вытаскивая из рюкзака ноутбук. - СОЛДАТ? Это разве не враги? Почему он с нами?
     - Нет. - возразил сзади черный, камуфляжный. - Это не враг, он оттуда ушел и теперь за ЛАВИНУ...
     Они выскочили к закрытым воротам наверху лестницы, главный бросил сумку наземь и ткнул в ворота:
     - Джесси, камеры! Стоим здесь, пока твои не начнут. Ведж, проверь периметр.
     Ведж - здоровяк с пулеметом на плечах - потрусил налево, главный скрылся в темноте справа. Остались Клауд, девушка и камуфляжный, который снял прибор ночного видения и маску. Клауд откинул назад непослушные светлые волосы, собрал на затылке. Камуфляжный и девушка с сомнением глядели на него. У Клауда была серьга в ухе и наплечник с серебряным украшением: волчья голова с оскаленной пастью. Смотрел он почему-то все время себе под ноги или в сторону.
     - Извини, я твоего имени не припомню... - пробормотал камуфляжный.
     - Клауд.
     - Еще раз извини. Я Биггс, а это Джесси.
     - Можете не говорить, все равно не запомню, - отмахнулся Клауд.
     Биггс пожал плечами. Джесси, сидящая на корточках, попыталась заглянуть Клауду в глаза. Тот поднял взгляд. Джесси отпрянула. Было с чего. Глаза Клауда были когда-то, наверное, голубыми. Сейчас радужка почти растворилась в страшном бирюзовом сиянии, затопившем белок, едва выделявшийся на зеленом зрачок слабо фосфоресцировал, будто изнутри светили фонариком. Цвет был какой-то ярко-ядовитый, абсолютно неестественный. Это не были глаза человеческие.
     - Камеры отключены. - хмуро сказала Джесси, тарабаня по клавишам ноутбука. - Хакерская атака через десять секунд.
     Из темноты вылетел Ведж с пулеметом, кивнул.
     - Все чисто. Где Баррет?
     Баррет, если так звали главного, заорал издали:
     - Какого хрена вы там? Сказал же, не собираться кучкой! Сейчас спущусь к вам.
     - Хакерская началась. - сообщила Джесси.
     - Открывайте ворота. - приказал Баррет.
     - Заперто! Взрывать?
     - Взрывай, твою мать!
     Биггс выкинул из подсумка красные комочки пластита, прилепил к створкам, воткнул детонаторы.
     - Отойдите, сейчас подорву.
     - Есть способ и потише. - сказал Клауд, отодвигая Биггса в сторону. Все посмотрели на него с недоумением, Клауд протянул руку к панели у ворот. В руке, как у фокусника, появилась желтая карточка С66012, Клауд провел по панели. Панель пискнула, мигнула огоньком. Ворота медленно раздвинулись.
     - Учитесь. - сказал Клауд, проходя внутрь. Баррет сделал вид, что так оно и должно было быть.
     - Так, так, пошли! Эх, не сильно-то я тебе верю, СОЛДАТик... Хакерская атака идет, система охраны?
     - Внешняя отключена, до точки Г идем спокойно. - сказала Джесси. Группа ринулась внутрь.

Читать дальше »